Меню

Ответственность за нарушение конфиденциальности договора

Оглавление:

В некоторых договорах с контрагентами установлено, что договор, его приложения и иные документы по договору являются конфиденциальной информацией и не подлежат разглашению без согласия другой стороны. Договоры, в которых содержатся указанные условия, на сегодняшний день исполнены надлежащим образом. Специальных сроков действия условий о конфиденциальности договоры не предусматривали. В некоторых договорах содержатся положения о штрафных санкциях за нарушение условий о конфиденциальности, в других они отсутствуют. На какой срок действуют эти положения, если в договоре установлен только срок его действия «до полного надлежащего исполнения сторонами своих обязательств по договору»? Могут ли быть предъявлены контрагентом штрафные санкции в случае, если копия договора и актов приемки будут приложены к конкурсной заявке для участия в процедуре по Федеральному закону от 05.04.2013 N 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» в качестве документов, подтверждающих опыт (согласно конкурсной документации)?

Прежде всего отметим, что гражданское законодательство практически не регулирует вопрос, связанный с конфиденциальностью условий гражданско-правового договора. В нем лишь содержатся отдельные указания на то, что условия некоторых договоров должны быть конфиденциальными, если иное не предусмотрено законом и/или соглашением сторон. Так, например, это касается содержания корпоративного договора, заключенного между участниками непубличного хозяйственного общества (п. 4 ст. 67.2 ГК РФ), условий о предмете договора на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ (п. 1 ст. 771 ГК РФ). Кроме того, гражданское законодательство может устанавливать обязанность поддерживать конфиденциальность информации, полученной в ходе переговоров о заключении договора или в процессе его исполнения (ст. 434.1, п.п. 1 и 2 ст. 771, ст. 1032 ГК РФ). Чуть более детально вопрос о конфиденциальности информации решается в нормах главы 75 ГК РФ, касающихся права на секрет производства (ноу-хау), вся возможность существования которого зависит от сохранения информации, составляющей ноу-хау, в тайне.
Вместе с тем каких-либо общих норм, посвященных непосредственно условиям договора о конфиденциальности, тем более введенным в него исключительно по воле и желанию сторон, гражданское законодательство не содержит. В частности, в нем нет положений, которые регулировали бы содержание, применение, сроки действия таких условий, а также устанавливали бы специальную ответственность за их нарушение.
В связи с изложенным следует иметь в виду, что вопрос об отнесении той или иной информации к конфиденциальной регулируется прежде всего Указом Президента РФ от 06.03.1997 N 188 «Об утверждении перечня сведений конфиденциального характера» (далее — Указ N 188). Анализ данного нормативного акта показывает, что к сфере, регулируемой гражданским законодательством (ст. 2 ГК РФ), относятся сведения, указанные в п. 5 и п. 6, а именно: сведения, связанные с коммерческой деятельностью, доступ к которым ограничен в соответствии с ГК РФ и федеральными законами (коммерческая тайна), и сведения о сущности изобретения, полезной модели или промышленного образца до официальной публикации информации о них.
Очевидно, что сведения об условиях того или иного гражданско-правового договора, а также о ходе и результатах его исполнения могут быть отнесены только к сведениям, связанным с коммерческой деятельностью, которые, как это следует из положений Указа N 188, охраняются в режиме коммерческой тайны.
В свою очередь, п. 2 ст. 3 Федерального закона от 29.07.2004 N 98-ФЗ «О коммерческой тайне» (далее — Закон N 98-ФЗ) относит к информации, составляющей такую тайну, сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие), в том числе о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, а также сведения о способах осуществления профессиональной деятельности, которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и в отношении которых обладателем таких сведений введен режим коммерческой тайны. При этом отнесение информации к информации, составляющей коммерческую тайну, определение перечня и состава такой информации принадлежит ее обладателю (ч. 1 ст. 4 Закона N 98-ФЗ), то есть в рассматриваемом случае сторонам договора.
Учитывая приведенные нормы, а также то, что сведения о содержании гражданско-правового договора, ходе его исполнения и полученных результатах не относятся к сведениям, которые не могут составлять коммерческую тайну (ст. 5 Закона N 98-ФЗ), такие сведения также могут быть отнесены к коммерческой тайне и охраняться соответствующим образом.
Вместе с тем необходимо принимать во внимание, что нормы Закона N 98-ФЗ также не содержат каких-либо положений, которые бы на законодательном уровне регулировали срок действия условий гражданско-правового договора о конфиденциальности сведений, составляющих коммерческую тайну, или предусматривали бы конкретные санкции за нарушение режима коммерческой тайны. Они лишь определяют порядок предоставления такой информации органам государственной власти и органам местного самоуправления и дальнейшего обращения с ней (ст. 6 и ст. 13 Закона N 98-ФЗ), устанавливают права обладателей этой информации (ст. 6.1 Закона N 98-ФЗ), порядок охраны информации, составляющей коммерческую тайну, в том числе в трудовых отношениях (ст. 10 и ст. 11 Закона N 98-ФЗ), а также содержат общие, без конкретных санкций, нормы об ответственности за нарушение режима коммерческой тайны и за непредставление составляющих ее сведений, если обязанность предоставить их вытекает из закона (ст. 14 и ст. 15 Закона N 98-ФЗ). Причем из содержания ч. 1 ст. 10 Закона N 98-ФЗ следует, что регулирование отношений по использованию информации, составляющей коммерческую тайну, сторонами гражданско-правовых договоров осуществляется на основании гражданско-правовых договоров.
Иными словами, вышеизложенное указывает на то, что в гражданско-правовых отношениях все основные условия соблюдения режима коммерческой тайны в отношении тех или иных сведений, включая определение перечня таких сведений, сроков, в течение которых такие сведения являются конфиденциальными, а также меры ответственности за нарушение режима коммерческой тайны должны определяться условиями, установленными соглашением сторон*(1).
Однако в рассматриваемом случае, как это следует из вопроса, срока действия режима коммерческой тайны в отношении условий заключенного сторонами договора и хода его исполнения такой договор не устанавливает. Не предусмотрен этот срок и каким-то отдельным, специальным соглашением сторон. Следовательно, в отсутствие специального нормативного правового регулирования на этот счет, необходимо, на наш взгляд, руководствоваться общими положениями о действии обязательств, вытекающих из договора.
В частности, из п. 3 ст. 425 ГК РФ следует, что, если иное не предусмотрено договором, он признается действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства. Данная норма коррелирует с положениями п. 1 ст. 408 ГК РФ, согласно которым надлежащее исполнение прекращает обязательство.
Безусловно, существуют условия договоров, которые действуют даже после прекращения последних, например те, которые в силу своей природы предполагают их применение и после прекращения договора (например, гарантийные обязательства в отношении товаров или работ; условие о рассмотрении споров по договору в третейском суде, соглашения о подсудности, о применимом праве и т.п.) либо имеют целью регулирование отношений сторон в период после прекращения (например, об условиях возврата предмета аренды после прекращения договора, о порядке возврата уплаченного аванса и т.п.) (смотрите также п. 3 постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 N 35 «О последствиях расторжения договора»). Тем не менее, на наш взгляд, условие о необходимости соблюдать конфиденциальность в отношении содержания договора и хода его исполнения не относится к таковым, если только стороны прямо не предусмотрели его действие и после прекращения договора. Иное толкование характера такого условия приводило бы к тому, что без специального указания закона или соглашения сторон оно налагало бы на стороны фактически бессрочную обязанность по соблюдению режима коммерческой тайны в отношений сведений, которые такое значение, по сути, утратили. Данный вывод подтверждается и судебной практикой, которая приходит к выводу о правомерности привлечения к ответственности за нарушение условий договора о конфиденциальности, в качестве основного аргумента используя то обстоятельство, что такое нарушение было допущено еще в период действия договора, таким образом косвенно подтверждая, что после прекращения договора привлечение к ответственности по общему правилу было бы невозможно (смотрите, например, постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 25.07.2014 N Ф04-6725/14).
В связи с изложенным, если в рассматриваемой ситуации иное не было предусмотрено соглашением сторон договора, мы полагаем, что обязательства по сохранению конфиденциальности условий договора и хода его исполнения прекращаются одновременно с иными условиями этого договора (не считая тех условий, которые по смыслу разъяснений, данных в п. 3 постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 N 35, или прямого соглашения сторон применяются и после прекращения договора).
Таким образом, мы считаем, что штрафные санкции, установленные ст. 15 и ст. 393 ГК РФ, а также договорами, указанными в вопросе, за разглашение сведений, признанных сторонами конфиденциальными, не подлежат применению к стороне, которая после прекращения таких договоров исполнением приложила их тексты и акты приемки выполненных по ним работ (оказанных услуг) к конкурсной заявке для участия в конкурентных процедурах, предусмотренных Федеральным законом от 05.04.2013 N 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».
Разумеется, сделанный нами вывод не может затрагивать той ситуации, когда сам договор или документация, сопутствующая его исполнению, содержат сведения, которые в силу ст. 1465 ГК РФ признаются секретом производства (ноу-хау). В этом случае применению в регулировании сроков неразглашения такой информации подлежат нормы главы 75 ГК РФ.
В заключение обращаем Ваше внимание на то, что в силу ст. 431 ГК РФ окончательное толкование условиям договора, в том числе условиям договора о конфиденциальности и сроке ее действия, может дать лишь суд с учетом анализа полного текста такого договора, а также всех соответствующих обстоятельств, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон. Поэтому сделанные нами в настоящей консультации выводы являются лишь нашим экспертным мнением, основанным на информации, содержащейся в вопросе.

Ответ подготовил:
Эксперт службы Правового консалтинга ГАРАНТ
кандидат юридических наук Широков Сергей

Ответ прошел контроль качества

12 апреля 2018 г.

Материал подготовлен на основе индивидуальной письменной консультации, оказанной в рамках услуги Правовой консалтинг.

————————————————————————-
*(1) Отметим, что в случае отсутствия в договоре условий о специальных мерах ответственности за разглашение конфиденциальных сведений сторона договора, нарушившая соответствующее условие о конфиденциальности, может в силу ч. 1 ст. 14 Закона N 98-ФЗ, ст. 15 и ст. 393 ГК РФ быть привлечена к ответственности в виде обязанности возместить другой стороне причиненные разглашением убытки.

Статья 771. Конфиденциальность сведений, составляющих предмет договора

1. Если иное не предусмотрено договорами на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ, стороны обязаны обеспечить конфиденциальность сведений, касающихся предмета договора, хода его исполнения и полученных результатов. Объем сведений, признаваемых конфиденциальными, определяется в договоре.

2. Каждая из сторон обязуется публиковать полученные при выполнении работы сведения, признанные конфиденциальными, только с согласия другой стороны.

Комментарий к Ст. 771 ГК РФ

1. Конфиденциальность в переводе с латинского (confidentia) означает доверие. Пунктом 7 ст. 2 Федерального закона от 27 июля 2006 г. N 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» предусматривается определение конфиденциальности информации как обязательного для выполнения лицом, получившим доступ к определенной информации, требования не передавать такую информацию третьим лицам без согласия ее обладателя.

Читайте так же:  Кто получил российское гражданство из знаменитостей

———————————
Собрание законодательства РФ. 2006. N 31 (ч. 1). Ст. 3448.

Перечень сведений, которые составляют конфиденциальную информацию, ограничен в комментируемой статье предметом договора, ходом его исполнения и полученными результатами. Этот перечень может быть расширен договором и затрагивать иные условия договора, например, порядок распределения прав на полученные результаты. В ст. 5 Федерального закона от 29 июля 2004 г. N 98-ФЗ «О коммерческой тайне» (далее — Закон о коммерческой тайне) перечислены сведения, которые не могут составлять коммерческую тайну, и соответственно, на них не могут распространяться положения о конфиденциальности.

———————————
Собрание законодательства РФ. 2004. N 32. Ст. 3283.

Объем сведений, признаваемых конфиденциальными, может быть закреплен в отдельном соглашении. Необходимо учитывать, что условия договоров на выполнение НИОКТР должны соответствовать законам и иным правовым актам об исключительных правах (интеллектуальной собственности).

2. Для договоров, в результате которых создаются секреты производства (ноу-хау), условие о конфиденциальности является существенным (ст. ст. 1465, 1467 ГК). Необходимо учитывать, что исключительное право на секрет производства действует до тех пор, пока сохраняется конфиденциальность сведений, составляющих его содержание. С момента утраты конфиденциальности соответствующих сведений исключительное право на секрет производства прекращается у всех правообладателей.

Для обеспечения конфиденциальности необходимо принятие специальных мер (ст. ст. 10, 11, 13 Закона о коммерческой тайне). В Постановлении Правительства РФ от 15 августа 2006 г. N 504 «О лицензировании деятельности по технической защите конфиденциальной информации» под технической защитой конфиденциальной информации понимается комплекс мероприятий и (или) услуг по ее защите от несанкционированного доступа, в том числе и по техническим каналам, а также от специальных воздействий на такую информацию в целях ее уничтожения, искажения или блокирования доступа к ней.

В договоре на выполнение НИОКТР целесообразно установить срок, в течение которого необходимо соблюдать конфиденциальность, а также особенности разглашения конфиденциальной информации не только путем публикации (п. 2 комментируемой статьи), но и другими способами. Разглашение информации, составляющей коммерческую тайну, представляет собой действие или бездействие, в результате которых информация, составляющая коммерческую тайну, в любой возможной форме (устной, письменной, иной форме, в том числе с использованием технических средств) становится известной третьим лицам без согласия обладателя такой информации либо вопреки трудовому или гражданско-правовому договору (п. 9 ст. 3 Закона о коммерческой тайне).

Особенности правомерного и неправомерного разглашения конфиденциальной информации целесообразно конкретизировать в договоре. Так, например, если в состав полученных результатов входят потенциальные объекты патентного права, то та сторона, которой принадлежит право на подачу заявки, при осуществлении этого права раскрывает информацию о патентоспособном объекте, что необходимо учитывать при заключении договора, прежде всего в тех случаях, когда в ходе проведения экспертизы может выявиться отсутствие признаков патентоспособности.

В случае нарушения условий о конфиденциальности одной из сторон ответственность может быть установлена в договоре. При ее отсутствии лицо, разгласившее информацию, несет ответственность в виде возмещения убытков. Согласно ст. 1472 ГК РФ нарушитель исключительного права на секрет производства, в том числе лицо, которое неправомерно получило сведения, составляющие секрет производства, и разгласило или использовало эти сведения, а также лицо, обязанное сохранять конфиденциальность секрета производства в соответствии с п. 2 ст. 1468, п. 3 ст. 1469 или п. 2 ст. 1470 ГК РФ, обязано возместить убытки, причиненные нарушением исключительного права на секрет производства, если иная ответственность не предусмотрена законом или договором с этим лицом.

Лицо, которое использовало секрет производства, но не знало и не должно было знать о том, что его использование незаконно, в том числе в связи с тем, что оно получило доступ к секрету производства случайно или по ошибке, не несет вышеуказанную ответственность.

Условия о конфиденциальности в договорах

В интересах любого хозяйствующего субъекта, стоит в первую очередь сохранение своих тайн хозяйствования, осуществления деловых операций, способы и методы зарабатывания денег, либо иное извлечение преимуществ от совершения тех или иных сделок в секрете. В настоящее время почти в каждом хозяйственном договоре имеется положение о конфиденциальности, что обуславливает актуальность данной темы.

Некоторые предприниматели заключают отдельные соглашения о конфиденциальности, где стороны устанавливают, что именно является конфиденциальной информацией, способы хранения и передачи таковой третьим лицам, цели использования, штрафы за нарушения установленного режима конфиденциальной информации в договоре.

Но что же нам показывает практика по данной юридической конструкции?

В данной статье на основании сложившейся судебно-арбитражной практики будут рассмотрены некоторые особенности такого положения, как конфиденциальность в заключенном договоре между хозяйствующими субъектами.

Особенности применения положений о конфиденциальности в договорах

Заключение договора уступки права требования само по себе не является нарушением условий конфиденциальности контрагентом по ранее заключенному хозяйственному договору (возмездного оказания услуг, подряда и т.д.).

Пример 1 . Между ОАО «Ромашка» (заказчик) и ЗАО «Василек» (исполнитель) заключен договор об оказании аудиторских услуг. Согласно ему исполнитель обязался провести аудит консолидированного баланса заказчика и соответствующих консолидированных отчетов о прибылях и убытках, о движении денежных средств и об изменениях в собственном капитале за год.

В соответствии с п. 8.2 договора стороны обязались не разглашать, не обсуждать, не представлять копий, не публиковать, не раскрывать в какой-либо форме третьим лицам конфиденциальную информацию без получения предварительного письменного согласия другой стороны.

Между ЗАО «Василек» (цедент) и Банк (цессионарий) заключен договор уступки права требования, по которому цедент уступил цессионарию права (требования) к ОАО «Ромашка», вытекающие по договорам оказания аудиторских услуг, заключенным ранее. Полагая, что при заключении договора об уступке требования были нарушены условия договоров об оказании аудиторских услуг о конфиденциальности и защите данных, истец обратился в Арбитражный суд о признании недействительным указанного договора уступки права требования.

Однако при рассмотрении данного экономического спора арбитражный суд отметил, что заключение договора уступки прав требования не свидетельствует о нарушении конфиденциальности договоров возмездного оказания услуг. В силу того, что ЗАО «Василек» уступил Банку лишь требование на сумму , вытекающую из договора об оказании аудиторских услуг. В соответствии с договором уступки права ЗАО «Василек» передал только те документы, которые подтверждают уступаемые права без передачи сведений составляющих конфиденциальную информацию, оставшись при этом Исполнителем по договору.

Убытки в результате компрометации конфиденциальной информации

Пример 2 . ООО «Клиент» (далее Клиент) обратился в Арбитражный суд с иском к Банку о взыскании убытков в сумме 1 760 000 руб., причиненных в результате необоснованного списания денежных средств со счета Клиента.

Суть дела: Клиент и Банк заключили договор о предоставлении услуг с использованием системы «Клиент-банк», согласно которому банк предоставляет клиенту на платной основе услуги с использованием корпоративной информационной системы Клиент-Банк.

В соответствии с пунктом 3.7 заключенного договора порядок применения средств системы предусматривает, в том числе, что клиент самостоятельно выбирает организацию — провайдера, обеспечивающую доступ к сети Интернет, и осуществляет подключение к сети Интернет за счет собственных средств; клиент полностью несет все риски, связанные с подключением его вычислительных средств к сети Интернет. Клиент самостоятельно обеспечивает защиту собственных вычислительных средств и криптографических ключей от несанкционированного доступа и вирусных атак из сети Интернет. Стороны также признают, что выход из строя Клиент-банк в результате вмешательства из сети Интернет рассматривается как выход из строя по вине Клиента.

Как Клиент утверждает, что 28.08.2013 около 15 часов 18 минут во время работы произошло внезапное отключение компьютера, на котором оборудовано автоматизированное рабочее место системы «Клиент-банк», а на следующий рабочий день было установлено, что во время этого несанкционированного отключения компьютера, с расчетного счета Клиента была списана денежная сумма в размере 1 760 000 руб.

После обращения Клиента в адрес Банка с требованием о разъяснении обстоятельств списания с его расчетного счета вышеуказанной денежной суммы, банк представил копию платежного поручения, согласно которому с расчетного счета истца на расчетный счет ООО «Эллада», открытый в Банке г. Чита, были перечислены 1 760 000 руб. При этом в назначении платежа указывалось, что денежная сумма перечислена в качестве оплаты за аренду автомобилей по договору N б/н от 14.04.2010.

Для проведения проверки корректности расчетной операции Клиент обратился в банк. В ходе проводимой проверки стороны составили акт, в котором указали, что при проверке условий эксплуатации системы по факту компрометации ключевой информации, было установлено, что Клиент-банк, установлен на персональном компьютере гл. бухгалтера. Доступ в помещение, предоставлен персоналу указанной организации, имеющему в нем постоянное рабочее место. Носитель USB с главным ключом и электронной цифровой подписью директора была передана директором главному бухгалтеру и хранилась в металлическом сейфе последнего.

По результатам проверки комиссией были сделаны следующие выводы:

— платежное поручение на сумму 1 760 000 руб. отправлено с использованием системы Клиент-банк и имеет истинную электронную цифровую подпись директора,
— клиентом не выполняются требования п.4.3.6 договора об обеспечении конфиденциальности, поскольку носитель с главным ключом и ЭЦП руководителя был передан директором главному бухгалтеру, у которой они хранились в сейфе,
— клиентом не выполняются требования договора о соблюдении требований по обеспечению безопасности в процессе эксплуатации системы, в результате чего имелась возможность использования носителей с главным ключом и ЭЦП руководителя лицами, не имеющим таких полномочий, как со стороны сотрудников организации, так и со стороны глобальной сети Интернет,
— в результате несоблюдения требований договора конфиденциальная ключевая информация (главный ключ, резервный главный ключ, сетевой ключ, ЭЦП руководителя) скомпрометирована.

Суд отказал Клиенту во взыскании убытков с Банка в силу того, что в рассматриваемом случае Банк не нарушил условий договора, платежное поручение имело истинную электронную цифровую подпись директора-Клиента, в том числе были нарушены условия договора в результате чего была скомпрометирована конфиденциальная информация третьими лицами, которые ей и воспользовались в своих целях.

Нарушение установленного порядка предоставления конфиденциальной информации третьей стороне

Пример 3 . Истец обратился в Третейский суд (на основании ранее заключенного третейского соглашения) к Ответчику с требованием о взыскании штрафной неустойки.

Суть дела: между Истцом и Ответчиком ранее был заключен договор займа.
К данному договору займа стороны также заключили соглашение о конфиденциальности, в соответствии с которым Истец и Ответчик договорились, что конфиденциальной информацией является информация о дате выдаче займа, о сумме займа, о виде, количестве и месте расположения адреса заложенного имущества, а также персональные данные Истца. Ответчик обязался сохранять конфиденциальность информации, использовать конфиденциальную информацию только в оговоренных в соглашении целях и никогда не использовать ее в каких-либо иных целях, не передавать конфиденциальную информацию третьим сторонам без предварительного письменного уведомления другой стороны. Сторонами предусмотрена ответственность за нарушение принятых на себя по соглашению обязательств в виде штрафной неустойки в сумме в 7 000 000 руб.

Ответчик обратился в Главное управление МВД РФ с заявлением в отношении Истца в котором передал конфиденциальную информацию третьей стороне без письменного уведомления Истца.

Третейский суд взыскал с Ответчика неустойку в размере 6 500 000 в силу того что Ответчиком нарушен порядок предоставления информации третьим лицам в соответствии с соглашением о конфиденциальности. Третейский суд по собственной инициативе снизил размер взыскиваемого штрафа с 7 000 000 руб. до 6 500 000 руб.

Предприниматели, подписывая хозяйственные договоры, предусматривают в последних в виде отдельного раздела в договоре некоторый режим Конфиденциальности.

Под термином Конфиденциальной информации в договорах обычно понимают информацию, которая стала известна сторонам в результате коммерческого взаимодействия, составляющая действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности ее третьим лицам и к которой нет свободного доступа.

Важно учитывать, что применяя в договоре положение о конфиденциальности, необходимо четко установить: конкретный перечень документов содержащих конфиденциальную информацию, а также режимы сохранения в тайне и раскрытия третьим лицам конфиденциальной информации. За нарушение режима конфиденциальности в договоре устанавливается штраф/неустойка, размер которой определяется по размеру возможных убытков.

Суд не признал условия договора конфиденциальной информацией

Юристам соцсети для врачей, называющей себя крупнейшей в мире, и одной из ведущих российских SEO-компаний вчера было неуютно в АСГМ. Поучительный тон не нужен, «процессуально теряться» — достойно сожаления, а излагать одну мысль «различными способами словесного изображения» — неуважение к суду и стороне, корила оппонентов судья. Но один из них может вздохнуть с облегчением: иск на 1,2 млн руб. отклонен.

Читайте так же:  Оформить социальную карту москвича для ребенка

В 2009 году Станислав Сажин и Андрей Перфильев основали социальную сеть для врачей «Доктор на работе», в том же году сайт заработал, а в 2012 году для его продвижения была нанята компания «Ашманов и партнеры», занимающаяся интернет-маркетингом. План был таков: к октябрю 2012 года в «Докторе» должно быть 100 000 зарегистрированных врачей-пользователей. Но в итоге сотрудничество проекта Сажина и Перфильевым c «Ашмановым и партнерами» обернулась публичным скандалом, вспыхнул он 15 октября 2012 года.

Сажин, генеральный директор «Доктора», остался недоволен качеством работы подрядчика, о чем в резкой форме сообщил у себя в Facebook. SEOшники, как он написал, разместили рекламу на портале знакомств, и в результате регистрироваться на сайт врачей приходили отнюдь не медработники, а, как указал Сажин, например, проститутки. Сотрудники «Ашманова» молчать не стали. «Ксения Рыжкова подробно описала в комментариях (в настоящий момент тред удален – «Право.Ru»), каким образом строился процесс работы – сколько и за что платят при размещении рекламы, что поставлена цель — достижение 100 000 пользователей к 14 октября 2012 года», — говорил вчера представитель «Доктора» в Арбитражном суде города Москвы, который рассматривал иск соцсети к «Ашманову и партнерам» о компенсации в 1,2 млн руб. за разглашение конфиденциальных сведений (Дело А40-23492/2013). Была названа стоимость контракта и стоимость одного привлеченного пользователя — 100 руб. (попутно Сажину попытались объяснить, что за эту сумму он мог получить именно то, что получил, а никак не 100 000 врачей).

— Мы оспариваем нарушение одного из пунктов договора, который гласит об обязанности ответчика не разглашать любую информацию, полученную от заказчика, — говорил сохранивший для публики инкогнито представитель «Доктора». — Факт получения информации был признан.

— Ответчик же не признает иск! — прервала его судья Светлана Шустикова и попыталась выяснить, какая именно конфиденциальная информация была разглашена: — Что он обязан был хранить, получив от вас? А то можно, сами знаете, и по секрету всему свету… Что именно вы ему передавали со словами «смотри, храни»?

— Любую информацию, полученную от заказчика, ответчик должен хранить в тайне. Информация касалась условий договора – какими способами надо привлекать на сайт истца посетителей и пользователей, — ответил представитель «Доктора».

— То есть каждое слово становится секретным? – удивилась судья. Тогда юрист истца пояснил, в договоре есть иной пункт, где сказано – «кроме общедоступной информации».

Адвокат Александр Сухарев, представляющий интересы «Ашманова и партнеров», не был согласен с тем, что любая информация, за исключением общедоступной, является секретной. «Детального определения конфиденциальная информация не имеет, но есть список, установленный указом президента (указ Президента РФ от 6 марта 1997 года № 188 — «Право.Ru»). К конфиденциальной информации в нем причислена, например, коммерческая тайна. Представители истца не указывают еще на один из пунктов договора. В нем сказано, что сведения, составляющие коммерческую тайну, передаются отдельным актом. Но такой акт не составлялся, и такие сведения переданы не были. Согласование цены, информация о чем попала в общий доступ — это не передача [конфиденциальной] информации, — говорил он.

— Не надо использовать тут только поучительный тон, — упрекнула его судья. Она то ли торопилась, то ли была чем-то недовольна: обеим сторонам доставались едкие замечания.

— Хорошо, — поправился Сухарев. — Истцы ничего не предоставили, подтверждающее их правоту, хотя должны все обосновывать. По договору предъявлять претензии смысла нет. Коммерческие риски всегда присутствуют в той или иной степени, и если истец остался недоволен…

Узнать, что следовало делать «Доктору на работе» не удалось, — судья остановила адвоката и обратилась к его оппоненту:

— Поясните мне, из чего складывается сумма иска?

Тот озадаченно переспросил, на какой стадии процесс – в прениях, или все еще идет предоставление доказательств.

— Очень странно, что одна из сторон не понимает, где находится. Если вы так процессуально потерялись, мне очень печально. По желанию, в какой хотите стадии себя ощущайте, — съязвила судья, и представитель «Доктора» сначала все-таки решил ответить на довод Сухарева:

— В договоре есть два понятия – конфиденциальная информация и коммерческая тайна. Исполнитель гарантирует конфиденциальность именно всей информации, переданной заказчику. Указ президента это не контролирует. А размер убытков оценить очень сложно.

— Да размер понятен – цена сделки, — отмахнулась судья.

Однако, по мнению юриста соцсети, это верно лишь отчасти. «Да, с одной стороны, размер – цена договора, — сказал он. — С другой, разглашением информации бизнесу истца был причинен репутационный вред. «Доктор на работе» – это сайт для врачей, доход приносит реклама от фармацевтических компаний. Ряд клиентов нам говорит: что ж такое, врачи узнают, что их за деньги привлекают на сайт, и часть рекламодателей от нас отказались». Затем он признал, что «прямых доказательств» этому нет, и продемонстрировал творческое применение «принципа, провозглашенного Президиумом ВАС, – справедливости и соразмерности». От среднего клиента, по его словам, доход сайта составляет 300 000 руб., от постоянного рекламодателя – 900 000 руб. «Если предположить, что от наших услуг отказались – один крупный и один средний [клиент], то как раз и получается 1,2 млн руб.», — резюмировал представитель «Доктора».

— Некоторые вещи [в вашей речи] — сплошные предположения и допущения. Документально подтверждены доходы истца от рекламодателей? – спросил адвокат Сухарев.

— Это упущенная выгода! — парировал истец.

— Хотелось бы понять… — начал было представитель «Ашманова и партнеров», но судья его перебила:

— Это не та площадка, где мы что-то понимаем. Я все оценю в совещательной комнате.

— Все, что сказано истцом – голословно и ничем не доказано. Договор – это результат согласования двух сторон. Без всякой передачи информации: вот условия, вот цены… — попробовал продолжить Сухарев, но судья рассердилась.

— Ну, нельзя одну мысль просто излагать различными способами словесного изображения! Это неуважение к суду и стороне! – воскликнула она. Затем, уточнив у представителя истца, что ему больше сказать нечего, удалилась в совещательную комнату. А когда вернулась, буквально через две минуты, объявила, что в удовлетворении исковых требований отказано. «Доктор на работе» будет подавать апелляционную жалобу.

Нарушение условия о конфиденциальности

Вопрос-ответ по теме

Наша компания заключила договор, согласно которому выполнила определенные работы и передала результат заказчику. В договоре есть пункт согласно которому «предмет договора, его стоимость и сведения, полученные сторонами при исполнении договора, являются конфиденциальной информацией, которую стороны обязуются не разглашать и не передавать третьим лицам без письменного согласия на то другой стороны.(соглашение о конфиденциальности)» А в приложении к договору есть перечень документов, выдаваемых в качестве результата работ (в виде таблицы), где указано какие документы ( результат работ) кому и в каком количестве передаются. Согласно этому приложению к договору помимо заказчика документы передаются еще и уполномоченному органу в области отношений (являющихся предметом договора). Таким образом наша компания, как исполнитель работ, передала результат работ и заказчику и уполномоченному органу. Недавно от заказчика получена претензия с требованием дать объяснение почему без его согласия передан результат работ еще и уполномоченному органу. На основании изложенного вопрос: 1. есть ли в данном случае нарушения условия о конфиденциальности с нашей стороны (так как мы передали результат работ без согласия заказчика)? 2. Какую ответственность может понести наша компания, если в договоре не прописана никакая ответственность за нарушение условия о конфиденциальности? Может быть предусмотрена ответственность законодательством?».

Прежняя редакция Федерального закона от 29 июля 2004 г. № 98-ФЗ «О коммерческой тайне» (далее — Закон о коммерческой тайне), действовавшая до 31 декабря 2007 года, предусматривала специальную норму, согласно которой можно было закрепить в любом договоре условия об охране конфиденциальности информации (подп. 4 п. 2 ст. 7, ст. 12 Закона о коммерческой тайне). В действующей редакции статьи 7 и 9 Закона о коммерческой тайне утратили силу. Однако согласно основному принципу гражданского права — принципу свободы договора (ст. 421 ГК РФ), — стороны могут заключить договор, не предусмотренный законом (п. 2 ст. 421 ГК РФ). Поэтому стороны вполне могут заключить Соглашение о неразглашении конфиденциальной информации с указанием любых допустимых законом мер ответственности.

В Соглашении о неразглашении конфиденциальной информации стороны могут установить любую гражданско-правовую ответственность. Например, ответственность в виде штрафов (неустойки) или возмещения всех убытков, в том числе упущенной выгоды.

Следует указать, что поскольку меры ответственности за разглашение конфиденциальной информации в рассматриваемом договоре не определены, то заказчик вправе предъявить контрагенту, разгласившему конфиденциальные сведения, требование о возмещении всех понесенных в результате такого разглашения убытков, размер которых определяется в соответствии с законодательством России. Однако стороны редко обращаются в суд за защитой нарушенных прав по конфиденциальной информации, потому что не хотят еще больше привлекать внимание к сведениям, которые и так стали известны третьим лицам. Кроме того, сложно доказать, во-первых, сам факт разглашения конфиденциальных сведений конкретным лицом, во-вторых, факт причинения убытков, имущественных потерь компании.

Кроме того, как следует из изложенного вопроса, в приложении к договору стороны определили перечень документов, который подлежит передаче заказчику и уполномоченному органу. В данном случае можно утверждать, что воля сторон договора была согласована и направлена на получение уполномоченным органом разработанных исполнителем документов. С учетом согласованности данных условий, не следует, что исполнитель передав результат работ в уполномоченный орган нарушил договорные условия. Боле того, из ст.6 ФЗ от 29.07. 2004 г. № 98-ФЗ «О коммерческой тайне» следует, что обладатель информации, составляющей коммерческую тайну, по мотивированному требованию органа государственной власти, иного государственного органа, органа местного самоуправления предоставляет им на безвозмездной основе информацию, составляющую коммерческую тайну.

Обоснование данной позиции приведено ниже в материалах ЮСС «Система Юрист»

Как компании защитить коммерческую тайну? Нюансы заключения соглашений о конфиденциальности

Взаимодействие с контрагентами нередко предполагает разглашение информации, которую компания хотела бы сохранить в тайне от третьих лиц. В связи с этим все большую популярность в коммерческих отношениях приобретают так называемые соглашения о конфиденциальности, в которых стороны прописывают, как именно контрагенты могут распоряжаться информацией, полученной ими при заключении сделок, и какая ответственность последует за нарушением оговоренных условий. В то же время на практике привлечь контрагента к ответственности за нарушение соглашения о конфиденциальности весьма непросто — есть ряд важных нюансов, которые необходимо учитывать сторонам соглашения, для того чтобы оно работало.

Защита конфиденциальной информации компании всегда представлялась сложной задачей. На практике в целях защиты своих интересов стороны обычно заключают соглашения о конфиденциальности, в которые включаются положения об ответственности за разглашение той или иной информации. К сожалению, не проработанный детально текст такого соглашения может существенно осложнить возможность стороны возместить причиненные убытки. Более того, с учетом имеющихся в правоприменительной практике проблем определения размера убытков и процесса доказывания их возникновения пострадавшая сторона может и вовсе остаться без справедливой компенсации.

Защита сведений, составляющих коммерческую тайну

Конфиденциальной может быть информация, составляющая коммерческую тайну, в том числе ноу-хау, а также информация о частной жизни гражданина или о юридическом лице, но не связанная с имущественным интересом. На практике, заключая соглашение о конфиденциальности, юридические лица в первую очередь хотят оградить себя от распространения информации, составляющей их коммерческую тайну.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 29.07.2004 № 98-ФЗ «О коммерческой тайне» (далее — Закон о коммерческой тайне) под коммерческой тайной понимается режим конфиденциальности информации, позволяющий ее обладателю при существующих или возможных обстоятельствах увеличить доходы, избежать неоправданных расходов, сохранить положение на рынке товаров, работ, услуг или получить иную коммерческую выгоду.

К такого рода информации могут относиться сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие), в том числе о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, а также сведения о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющей действительную или потенциальную коммерческую ценность. При этом данная информация не находится в свободном доступе и не предоставляется третьим лицам (например, конкурентам).

Читайте так же:  Государственный совет российской федерации порядок формирования полномочия

Закон о коммерческой тайне не приводит список конкретных сведений, представляющих коммерческую тайну, поэтому стороны не ограничены в своих возможностях указать в соглашении, что именно они договариваются считать своей коммерческой тайной.

Однако при этом не стоит забывать, что в ст. 5 Закона о коммерческой тайне перечислены сведения, которые к коммерческой тайне отнесены быть не могут, в частности:

о размерах и структуре доходов некоммерческих организаций, размерах и составе их имущества, об их расходах, численности и оплате труда их работников, об использовании безвозмездного труда граждан в деятельности некоммерческой организации;

о задолженности работодателей по выплате заработной платы и иным социальным выплатам;

о численности, составе работников, системе оплаты труда, условиях труда, в том числе об охране труда, показателях производственного травматизма и профессиональной заболеваемости, наличии свободных рабочих мест;

о нарушениях законодательства Российской Федерации и фактах привлечения к ответственности за совершение этих нарушений;

о загрязнении окружающей среды, состоянии противопожарной безопасности, санитарно-эпидемиологической и радиационной обстановке, безопасности пищевых продуктов и других факторах, оказывающих негативное воздействие на обеспечение безопасного функционирования производственных объектов, безопасности каждого гражданина и безопасности населения в целом, и пр.

Соответственно, вся информация, не включенная в установленный законом список, вполне может стать предметом соглашения о конфиденциальности. Однако если стороны все же включили в соглашение о конфиденциальности информацию, которая не может по закону относиться к коммерческой тайне, то суд может отказать в удовлетворении требований, вытекающих из такого соглашения.

В любом случае сторонам необходимо прямо указывать конкретный перечень сведений, который не подлежит разглашению третьим лицам. Если такой перечень не будет закреплен в соглашении либо будет сформулирован абстрактно, то суд может отказать в удовлетворении требований. Например, в одном деле (постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2015 № 13АП-10951/2015 по делу № А56-72074/2014) суд пришел к выводу, что ввиду отсутствия в договоре и соглашении указаний на конкретный перечень сведений, в отношении которых может быть установлен режим коммерческой тайны, ответчиком не доказан и факт нарушения истцом данного режима.

Однако такой подход представляется в некоторых случаях весьма спорным. Например, условие о нераспространении конфиденциальной информации может быть сформулировано абстрактно, но из обстоятельств, при которых передаются сведения, может прямо следовать, что они являются конфиденциальными. Например, торговая сеть не вправе разглашать информацию о дате начала продаж конкретного товара до официального объявления самим производителем, поскольку очевидно, что производитель хочет сохранить эту информацию в тайне.

Принятие мер по охране конфиденциальной информации

Для защиты интересов компании порой недостаточно одного лишь указания в соглашении на перечень конфиденциальных сведений. Помимо этого, обладатель информации, составляющей коммерческую тайну, должен предпринять меры по ее охране, предусмотренные законом.

Меры по охране конфиденциальности информации, принимаемые ее обладателем, должны, наряду с определением перечня информации, составляющей коммерческую тайну, включать в себя (п. 1 ст. 10 Закона о коммерческой тайне):

ограничение доступа к информации, составляющей коммерческую тайну, путем установления порядка обращения с этой информацией;

нанесение на материальные носители грифа «Коммерческая тайна» и др.

Если необходимые меры не будут предприняты, суд также может отказать в удовлетворении требований (см., например, постановление ФАС Московского округа от 12.03.2014 по делу № А40-23492/13). Так, в одном из дел суд пришел к выводу, что поскольку документы не имеют грифа или маркировки «Коммерческая тайна», то не являются объектами коммерческой тайны, в связи с чем требования истца о взыскании штрафной неустойки нельзя считать обоснованными (см. постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.09.2016 № 09АП-40111/2016-ГК, 09АП-40113/2016-ГК по делу № А40-83833/15).

Также особое внимание стоит обратить на способ передачи конфиденциальной информации. Так, в одном деле в соглашении о конфиденциальности речь шла о передаче идеи, а также о способах и приемах ее реализации. Однако из его текста не усматривалось, в какой именно овеществленной форме будут переданы материалы с идеей и способами, приемами ее реализации. В итоге суд отказал в удовлетворении требований пострадавшей стороны (см. остановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2008 по делу № А56-47340/2007).

Поскольку практика привлечения к ответственности контрагентов за нарушение соглашений о конфиденциальности не так значительна, при определении достаточности соответствующих мер можно опираться на выводы практики, складывающейся по подобным соглашениям, заключаемым между работниками и работодателями (см., например, постановление ФАС Поволжского округа от 10.07.2012 по делу № А57-11021/2011).

Таким образом, для обеспечения своих интересов в возможном будущем споре сторонам соглашения о конфиденциальности следует подробно прописать комплекс мер, которые должны предприниматься для сохранения конфиденциальности информации.

Форма соглашения о конфиденциальности

Соглашение о конфиденциальности на практике может оформляться и как отдельный документ, и как приложение к основному договору. Также не запрещается включать отдельные положения о конфиденциальной информации и в сам текст основного договора между сторонами. И все же, чтобы исключить различные противоречия, рекомендуется оформлять такое соглашение в виде отдельного документа.

Помимо этого, следует обратить внимание на относительно недавно появившуюся в ГК РФ ст. 434.1, которая предусматривает возможность взыскания убытков, причиненных стороне в результате раскрытия конфиденциальной информации, полученной в ходе переговоров о заключении договора, или использования такой информации другой стороной переговоров для своих целей. Положения указанной статьи предусматривают возможность заключения соглашения о порядке ведения переговоров, в котором в том числе можно предусмотреть положения, касающиеся конфиденциальной информации.

Нельзя также не отметить, что на практике положения о конфиденциальности часто включаются и в условия мировых соглашений (см., например, постановление АС Московского округа от 25.11.2015 № Ф05-12023/2015 по делу № А40-52978/2014). Включение таких положений в отношении сведений, предоставляемых каждой стороной в связи с заключением и/или исполнением мирового соглашения, в большинстве случаев является весьма актуальным для защиты интересов сторон. Между тем во многих случаях стороны относятся к вопросу включения в мировое соглашение положений о конфиденциальности чисто формально. Например, постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2017 по делу № А43-30072/2016 было утверждено мировое соглашение, в котором стороны договорились, что положения этого соглашения, равно как и факт его заключения, являются конфиденциальной информацией. Однако указанная информация является общедоступной, в связи с чем включение таких положений в мировое соглашение не имеет смысла.

Последствия нарушения соглашения о конфиденциальности

В подавляющем большинстве соглашений о конфиденциальности стороны прописывают формулировку, предусматривающую возможность взыскания убытков с виновной стороны (например, ранее указанное постановление АС Московского округа от 25.11.2015 № Ф05-12023/2015 по делу № А40-52978/2014).

Чтобы взыскать такие убытки, пострадавшей стороне необходимо будет доказать:

факт разглашения принадлежащей пострадавшей стороне конфиденциальной информации;

факт причинения убытков истцу противоправными действиями ответчика по раскрытию принадлежащей истцу конфиденциальной информации;

размер причиненных убытков.

Следует обратить внимание, что при доказывании необходимо учитывать содержание понятия «разглашение информации, составляющей коммерческую тайну», которое установлено в п. 9 ст. 3 Закона о коммерческой тайне. Так, разглашением признаются действия или бездействие, в результате которых информация, составляющая коммерческую тайну, в любой возможной форме (устной, письменной, иной форме, в том числе с использованием технических средств) становится известной третьим лицам без согласия обладателя такой информации либо вопреки трудовому или гражданско-правовому договору. В остальном доказывание факта причинения убытков и их размера не отличается от доказывания в спорах, вытекающих из обычных гражданско-правовых договоров.

На практике стороны иногда заранее указывают сумму денежных средств, которая подлежит выплате в случае распространения конфиденциальной информации. В частности, одним из таких вариантов является установление штрафа за нарушение соглашения.

Успешным примером взыскания такого штрафа является дело № А75-6176/2013. В этом деле в соглашении о конфиденциальности для подрядчика был установлен запрет на передачу третьим лицам без согласия заказчика любой информации, связанной с исполнением договора подряда, что подразумевало в том числе запрет на привлечение к выполнению работ, предусмотренных договором и дополнительными соглашениями к нему, субподрядчика. Однако в нарушение условий соглашения подрядчик привлек иные организации для проведения работ, в связи с чем суд взыскал с него предусмотренный договором штраф в размере 100 000 руб. (см. постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 25.07.2014 по делу № А75-6176/2013).

Надо отметить, что способы расчета компенсации могут быть различными — как в виде фиксированной суммы за любое количество нарушений (например, соглашение на таких условиях было предметом рассмотрения в деле № А75-6176/2013), так и в виде выплаты за каждый случай раскрытия конфиденциальной информации (см., например, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2014 № 17АП-16846/2013-ГК по делу № А60-14571/2013).

На практике встречаются и случаи, когда стороны предусматривают одновременно два условия — условие о конкретном размере выплаты, а также условие о возмещении убытков, причиненных передающей стороне (см., например, постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2014 по делу № А43-6152/2014, хотя в указанном деле «пострадавшей» стороне все-таки не удалось доказать факт разглашения конфиденциальной информации, в связи с чем суд отказал в удовлетворении требований).

Безусловно, включение в соглашение о конфиденциальности заранее определенной суммы компенсации за разглашение информации намного более выгодно для стороны, поскольку позволяет нивелировать трудности, которые могут возникнуть при доказывании размера понесенных убытков.

Что касается соглашений о ведении переговоров, в которые включаются положения о конфиденциальности тех или иных сведений, то на практике стороны стараются включать в них заранее определенную сумму неустойки, а также условие о возмещении потерь на случай передачи сведений добросовестным третьим лицам. Это существенно упрощает процедуру защиты интересов компании на преддоговорной стадии.

Следует также обратить внимание, что соглашения о конфиденциальности могут предусматривать в себе третейскую оговорку. Например, в деле № А50-16726/2012 основанием для подачи иска о взыскании убытков стало как раз взыскание решением третейского суда штрафной неустойки с общества за нарушение принятых обязательств по соглашению о конфиденциальности (постановление ФАС Уральского округа от 11.07.2013 № Ф09-4670/13 по делу № А50-16726/2012). Особо стоит обратить внимание также на то, что в связи с согласованием сторонами суммы компенсации в виде штрафной неустойки третейский суд в этом споре применил положения ст. 333 ГК РФ и снизил ее сумму с 7 млн до 6,5 млн руб. Поэтому сторонам необходимо иметь в виду, что существенная сумма компенсации, прописанная в соглашении о конфиденциальности, может быть значительно снижена судом.

Если в Англии обязанность сохранять конфиденциальность может налагаться справедливостью (law of equity), то в законодательстве РФ такого универсального правила нет. Здесь, между тем, на помощь может прийти ссылка на стандарт поведения разумного лица (reasonable person), который также активно используется в Англии. Однако здесь необходимо учитывать порой излишне формальный подход российских судов, которые в отсутствие прямого упоминания в соглашении тех или иных очевидно конфиденциальных сведений весьма вероятно могут оставить пострадавшую сторону без защиты.

Читайте так же:

  • Казань нотариус советский район Казань нотариус советский район Нотариусы Советского района Советский район Бикчурина Флюра Ахметовна 420061, г. Казань, ул. Космонавтов, д. 44 тел.: 273-15-61 пн,вт,чт: 9:00-18:00; пт: 9:00-14:00 обед: 13:00-14:00 Жиляева Лариса Валериановна 420029, г. Казань, ул. Сибирский тракт, […]
  • Преобразование юридического лица заявление Бесплатная юридическая помощь Размер госпошлины при реорганизации юридического лица По вопросу уплаты государственной пошлины в случае, если преобразование юридического лица не связано с изменением законодательства Российской Федерации, необходимо отметить следующее. Согласно пункту 4 […]
  • Приложение 4 приказ 66н Проект Приказа Министерства финансов РФ "О внесении изменений в приказ Министерства финансов Российской Федерации от 2 июля 2010 г. № 66н "О формах бухгалтерской отчетности организаций" (подготовлен Минфином России 29.12.2017) Досье на проект В соответствии с частью 1 статьи 30 […]
  • Арбитражный суд самара официальный сайт картотека дел Арбитражный суд Хабаровского края Полезные ссылки Уважаемые посетители сайта! Арбитражный суд Хабаровского края уведомляет о прекращении выдачи справок о наличии (отсутствии) возбужденных или рассмотренных арбитражных дел, в том числе на основании Федерального закона от 05.04.2013 № […]
  • Нотариус кМаркса 4 Нотариальные услуги в Михайловске 1. Нотариус Гаджиева А.М. на ул. Карла Маркса, 126 Адрес: Ставропольский край, Михайловск, улица Карла Маркса, 126, корп.1 Телефон: факс: факс: +7 (865) 536-06-50 Режим работы: пн-пт, 08:00-16:00 2. Нотариус Коваленко А.П. на ул. Гагарина, 318, […]